Цель властей — к 2030 году увеличить количество участников до 2770. Тем не менее пока в мониторинге участвуют только 5–6% потенциальных кандидатов. Несмотря на заявленные ФНС преимущества — оперативное взаимодействие, уменьшение числа проверок и своевременное выявление рисков — практика показывает наличие серьезных проблем.
Во-первых, наблюдается снижение качества правового регулирования. Вместо утверждения новых требований через приказы Минюста налоговая служба активно использует "сервисы информационного взаимодействия", что позволяет обходить юридические процедуры. Эти сервисы, по сути, диктуют компаниям методологию учета и требуют модернизации IT-систем, что приводит к существенным расходам без официального закрепления обязательств.
Во-вторых, происходит смешение старых и новых форм контроля. Вопреки духу реформы, налоговые органы продолжают инициировать традиционные выездные проверки даже в отношении участников мониторинга. Это увеличивает нагрузку на компании и обесценивает вложения в цифровизацию налогового взаимодействия.
Третья проблема — несовершенство согласительных процедур. Институт мотивированных мнений, который должен помогать решать споры еще на стадии планирования операций, фактически не работает: ФНС может игнорировать обращения, а сами мнения не имеют юридической силы, не подлежат судебному обжалованию и не защищают бизнес.
В результате, внедрение налогового мониторинга сопровождается большими финансовыми затратами со стороны компаний (по оценкам, до 6 млрд рублей в 2024 году) и значительными правовыми рисками. При этом эффект в части реального упрощения налогового администрирования пока далек от обещанного.
Эксперты предупреждают: без четкой юридической базы, защиты прав налогоплательщиков и отказа от задвоения контроля инновации рискуют стать формальностью, а компании — заложниками затратных процедур, не дающих обещанных преимуществ.
